Продолжение. Начало здесь.

С начала этого года в «Листке» появилось несколько материалов, посвященных Акташскому горно-металлургическому предприятию (АГМП). Высказывались разные точки зрения на то, что и с чьей подачи, по чьей вине произошло с заводом, который уже 13-й год как закрыт. Точки зрения эти были противоборствующими. Высказывались также и призывы начать что-то делать уже с той проблемой, которая все это время не решается – со складированием ртутьсодержащих и других химических отходов, которые до сих пор находятся на территории бывшего завода.

Тут следует сделать несколько оговорок – данные о количестве этих отходов разнятся и четко установить, сколько и чего там хранится, сейчас на основании уже имеющихся документов невозможно. Второе – несколько лет назад 110 тонн РСО все же вывезли из Акташа (после довольно интенсивной работы общественников и СМИ), но это вряд ли спасло ситуацию. Третье – все это время Акташу и его жителям наносится серьезный экологический ущерб, поскольку опасные отходы хранятся под открытым небом, смываются талыми водами в ближайшую речку, из которой берет воду для питья население.

Кто должен заняться ликвидацией этого вреда? Каким образом его можно ликвидировать и какой из способов предпочтительнее? Что предлагают противоборствующие стороны и чем им не нравятся предложения друг друга? Представители «Листка», договорившись встретиться с авторами опубликованных ранее в газете материалов, направились в Акташ.

Отметим, что решение привезти юриста оказалось весьма кстати – вопросов к нему у участников встречи было очень много, и не только в связи с АГМП.

Работа идет, но почему ее скрывают?

Любовь Половникова продолжила:

- Для того, чтобы навести порядок на закрывшемся предприятии первого класса опасности... существует отчет нашего министерства, он является заявкой для получения финансовых средств в 450 миллионов рублей. В тот момент, когда мы работали над этим вопросом, было 666 миллионов, а если посчитать с инфляцией — по моим подсчетам, это где-то полтора миллиарда, это по тем данным, по Робертусу, но я как бухгалтер говорю: Робертус – это еще не точка. Это их, экологов, взгляд. Сейчас в этих же документах, в этом отчете должно быть несколько проектов, независимых. Кто занимается проектом – это мы услышим от нашего главы. Мы уже больше полгода ожидаем, что администрация района и Акташского сельского поселения проведут общественные слушания с ответственными лицами из министерства природных ресурсов РА. Вот наше с Галиной Ивановной обращение на имя Челчушева (глава Улаганского района) от 6 февраля текущего года – «просим объявить жителям способ ликвидации накопленного вреда». А потом последовали эти статьи, которые будоражат людей, для чего вот это все? Там много недостоверных сведений. Мы понимаем, говорили с экологами, что там работа идет. Но почему ее от нас скрывают — вот вопрос. Самый главный вопрос. Ответа мы не дождались, 1 апреля еще раз написали письмо в Улаган, снова просим объявить жителям села Акташ способ ликвидации. Вчера лично я позвонила первому заместителю главы администрации Улаганского района, пригласила его сюда прибыть, потому что он мне сказал — вы знаете, я в этом ничего не понимаю. Я говорю — верю, если я не хирург, я и не режу никого... Но никто не приехал и не позвонил. Вот такое к нам отношение. А сейчас хочу услышать ответ от Нины Ивановны, когда будут общественные слушания, – и передала слово Нине Болговой, главе Акташского сельского поселения.

- Общественные слушания делаются тогда, когда есть проект, и его обсуждают, - сказала она.

Любовь Половникова не согласилась: «Обсуждают до проекта, по закону!»

«Учтите наше мнение!»

- С депутатами мы обратились к министру Ларину на сессии, - продолжила Болгова, – мы собирались несколько раз. Когда мы узнали, что приезжает фирма «Размах», мы пригласили их к себе... Я звала Галину Ивановну, но она отказалась.

- А кто определил, что заниматься будет «Размах»? - поинтересовалась Половникова.

- Правительство, - был ответ.

- А почему «Размах» и никто другой? Потому что там была очень заниженная сумма, - ответила сама себе Любовь Анатольевна.

Нина Болгова продолжила: «Они из Санкт-Петербурга, приехали к нам, мы их выслушали. На наш вопрос, что они собираются делать с этими отходами, они сразу сказали – мы будем делать саркофаг. Там скальные породы, куда вы это будете закапывать, что за саркофаг? И там очень близко вода, как с этим быть? Мы собрались и написали письмо Ларину, поехали с депутатом и Николаем Сафроновым и Николаем Бутолиным. Они сейчас за это отвечают, а кого мне еще взять? Передали мы это письмо – мол, если будете разрабатывать проект по ликвидации вреда, пожалуйста, учтите наше мнение, мы против саркофага, против закапывания ртутьсодержащих отходов. Сделайте, пожалуйста, термическую переработку отходов. Вот что мы сделали от депутатов. И я считаю, что мы правильно поступили, мы против этого саркофага, пережечь и расстаться с ними уже навсегда.

- А пережигать-то они где будут? - последовал вопрос от присутствующих.

- Ну это уже не наш вопрос! - считает Нина Болгова.

- Да никто такие деньги на ветер бросать не будет. Лучше пусть они все это выкопают и увезут отсюда!

- А ты уверена, что вывезут? И не высыплют куда-нибудь в Чую? - спросила Болгова.

- А меня волнует то, что у нас по два человека от онкологии умирает в день!

- О чем я и говорю!

Таким образом, выяснилось, что идея с саркофагом не приглянулась никому из присутствующих. Любовь Половникова снова спросила главу поселения об общественных слушаниях, ей ответили уже несколько человек, что сначала нужен проект – тогда будет что обсуждать. «А какой проект, если мы не знаем, что будет – саркофаг или пережигание?» - недоумевала Любовь Анатольевна. «Ну они же сказали — саркофаг!» - отвечали ей.

Присутствующий на встрече мужчина показал исписанные фамилиями листы: «Я вот от жителей поселка Акташ собираю подписи, чтобы способом переработки отходов было только пережигание. На данный момент уже почти сто подписей».

- Нужно всем жителям поселка собираться и чтобы этот завод открывали на уровне Российской Федерации, никаких ни ООО, ни ОАО... - прозвучало мнение одной из присутствующих женщин.

- Сейчас это просто это просто невозможно вернуть, это уже частная собственность...

- Мы уходили – завод работал! Пришли вон эти – и от завода ничего не осталось!..

«Вы должны доказать, что способны»

Любовь Половникова призвала готовых снова сорваться на крики односельчан к порядку и дала слово юристу Павлу Смирнову. Он обратился к Николаю Бутолину и Николаю Сафронову:

- Я немного ознакомился сейчас с данными мне документами... Получается, вы создали ООО, предприятие для ликвидации захоронений, включая чистую ртуть и все эти отвалы, так? У меня сразу возникает вопрос об уставном капитале. Вы говорите — 10 тысяч. Да, 10 тысяч – это достаточно для регистрации предприятия, но смысл уставного капитала как раз и заключается в том, что если в течение деятельности у вас возникли какие-то обязательства, которые вы не исполнили, тогда тратится ваш уставной капитал. Поскольку говорим о капитале в 10 тысяч, сразу вопрос – а сможете ли вы фактически исполнить заявленную работу? Вы говорите, что инвестор, который собирается с вами работать, является одним из учредителей, но является ли это гарантией, что он привлечет деньги? Нужен какой-то договор, который предполагает ответственность и гарантию того, что какая-то сумма будет потрачена на переработку. Из этих документов я этой гарантии не увидел. Возьмите это на заметку, – думаю, мы не последний раз собираемся, вопрос не решится сегодня-завтра, но граждане должны видеть гарантии... Затем, мне бы хотелось видеть экологическое заключение на такой способ утилизации этих отходов.

- Когда сделают проект, будет полностью вся документация, все лицензии... Но сначала – проект, - ответил Николай Сафронов.

- Кто сейчас ответит, не будет ли допущен выхлоп в окружающую среду... У нас же сейчас вопрос стоит о нескольких способах переработки. Вы со своей стороны нам всем должны доказать, что вы способны это сделать, что способны это сделать грамотно, чтобы люди в какой-то мере вам поверили, – закончил мысль Павел Смирнов.

Снова прозвучала мысль о том, что без вмешательства РФ ничего не получится. «Но и от нас многое зависит тоже, мы же должны выбрать, какой порядок в дальнейшем... Мы тут живем, не кто-то другой, мы эту воду пьем и этим воздухом дышим... Сама по себе ртуть не опасна, а пары ее очень ядовиты, тем более, что ртуть из организма не выводится, а накапливается в течение всей жизни», – говорил юрист.

Инна Жулаева

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (2 голосов)